Беларусь. Открытый уголовный процесс прикрыли массовкой

Белорусские власти после недолгих раздумий нашли способ, как блокировать утечку неприятной информации из залов судебных заседаний по уголовным делам о событиях 19 декабря в Минске.

Впервые этот способ применили сегодня, 2 марта, в суде Фрунзенского района Минска, где проходит процесс по делу сразу трех фигурантов — Александра Отрощенкова, Дмитрия Новика и Александра Молчанова. Напомним, их обвиняют в участии в массовых беспорядках по части 2 статьи 293 Уголовного кодекса, а Молчанову инкриминируется еще и статья 370 УК («Оскорбление государственных символов»).

В здании Фрунзенского райсуда есть зал, способный уместить до сотни человек. Однако для рассмотрения этого дела, интерес к которому был очевиден заранее, выделили зал всего на 36 мест. Да и тот сегодня примерно за полчаса до начала процесса оказался заполнен уже более чем наполовину.

Сперва люди с металлодетекторами начали пропускать в зал родственников подсудимых. Затем толпившимся у входа журналистам и правозащитникам было заявлено, что теперь настала очередь… представителей государственных СМИ. А еще через несколько минут было сообщено, что зал заполнен. Хотя на самом деле успели пройти не более 15 человек… Но все места там действительно оказались заняты.

Одна из журналисток в этом убедилась воочию, добившись встречи с председателем суда Фрунзенского района Иосифа Михонского и благодаря этому заглянув в зал. По словам коллеги, большинство мест в зале судебного заседания были заняты «какими-то мальчиками: то ли учащимися колледжа, то ли спецназовцами, одетыми в гражданское».

Первые судебные процессы по общему «делу 19 декабря» дали не просто пищу для размышлений, а конкретную информацию о схемах, по которым работало и продолжает работать следствие, оберегавшее до поры до времени свои тайны подписками о неразглашении. У этих схем, по мнению белорусских правозащитников, оказалась весьма слабая доказательная база. Подтверждается это «сбоями» в деле граждан России Ивана Гапонова и Артема Бреуса, не все гладко для гособвинителя было и в деле Парфенкова.

Тайное становится явным и нежелательным для огласки. Оснований для ведения процессов в закрытом режиме пока нет, а потому на помощь для предотвращения нежелательных журналистов в зал суда призвана массовка. Сильный ход?