«Медовый месяц» губернатора Турчака

Год — не тот срок, чтобы давать развернутую оценку действиям главы региона. Как правило, за это время возможно только огласить правила игры — и попытаться научить по ним играть местный полит-бомонд, запустить какие-то пилотные проекты. Выхлоп от них можно почувствовать пока исключительно на газетных полосах или в картинке на ТВ.

За год в Псковской области потеплел политический климат, «проросли» новые социо-культурные проекты, изменилось медиаполе, а региональные элиты вновь ищут место под солнцем. Но это только попытка «вывести псковский корабль на большую воду».

За ним Москва, а нам здесь жить

Приход в регион в 2009 году Андрея Турчака — это приход «неместного» политика. Несмотря на достаточное время в бытность депутатом областного Собрания, а затем сенатором, чтобы обзавестись на месте связями и договоренностями, несмотря на ожидавшуюся «с минуты на минуту» отставку Михаила Кузнецова и готовность «местных» политкадров к смене вех — появление Турчака все же вызвало перестройку политического пространства. Однако изменения не так велики, как хотелось бы для развития Псковской области.

Речь не шла о глобальном переустройстве региональной политической схемы: все, кто надо, давно «встроились» во властную вертикаль под эгидой «Единой России». Таков был принцип политического выживания, долгие годы культивируемый не только в Псковской области, но и во всей России.

И не важно, кто персонально стоит во главе региональной властной вертикали, важно при этой персоне «выжить», а еще лучше — «пережить» ее. Так рассуждали многие представители региональной элиты и при Евгении Михайлове (губернатор с 1996 по 2004), при Михаиле Кузнецове (2004–2009), и сейчас — при Андрее Турчаке. Достаточно посмотреть на персональный состав правящей политической элиты. Ее обновление в прошедшие годы можно назвать сугубо номинальным — во власть в большинстве своем приходили «поднятые руки» — те, кто мог голосовать «за» или «против» в нужный момент, но права голоса при этом не имел. Наиболее показательный пример — выборные органы: областное Собрание, Псковская и Великолукская гордумы.

Вокруг этой вертикали в псковском политическом микрокосме «летали» другие объекты — одни в силу притяжения, другие, наоборот, — в силу отталкивания.

Главной движущей силой ротации элит был принцип личной или групповой договоренности с тем, кто находится во главе региональной вертикали — губернатором. Договариваться было выгодно всем. Например, Михайлову и Кузнецову — чтобы создать видимость «мира и благоденствия» на Псковщине, а более мелким политикам — чтобы остаться на плаву. Исключения были, но принципиально политический характер они носили крайне редко. Как правило, причиной разногласий и «непримиримой» вражды становились личные амбиции сторон. Наиболее яркий пример — противостояние губернаторов и мэров областного центра. Душу «сопротивления» грел тщательно культивируемый миф, грозящий перерасти в быль: «его скоро снимут».

Так было при Михайлове, так было при Кузнецове.

Так, отчасти, происходит и при Андрее Турчаке. Сменился только лейтмотив: вместо «вот-вот снимут» — «вот-вот уедет». Однако эта смена весьма показательна: карающий перст многобашенного московского Кремля, долгие годы пугавший псковских начальников, сменился на поддерживающую десницу. Теперь в столицу «челобитные» писать особо некуда. И выживать надо. «Он уедет, а мы останемся» стало одним из основных лейтмотивов для местных кадров в формировании своей политической позиции. Поэтому — пока поддержка, а там — посмотрим, кто на новенького.

Такой «стандартный» настрой местных элит на «самосохранение», а не на развитие — одна из застарелых проблем региона. Подходы к лечению только ищутся, и едва ли инъекции из завозных кадров решат проблему.

Пупы земли Псковской

Отдельного упоминания заслуживают Псков и Великие Луки. Взаимоотношения политиков из этих двух городов с губернатором показательны. И там, и там фактически двоевластие с до сих пор не ясным для обычного населения набором полномочий каждого из глав.

В Пскове Андрей Турчак успешно «внес» в структуру городских властей свою фигуру влияния — Александра Вологжанина, который, по мнению многих наблюдателей (и внутри, и вовне городской администрации), становится все более заметной политической фигурой. При этом главе города Ивану Цецерскому и главе администрации города Яну Лузину ясно дано понять, что во всех значимых вопросах окончательное решение будет приниматься в областной администрации. И Цецерский, и Лузин, что бы они ни говорили, воспринимают друг друга как конкурентов, и в этой конкуренции стараются реально исполнять свои обязанности. Правда, не всегда эффективно. Тем не менее, следует признать, что политика в их взаимоотношениях отошла на второй, скрытый от камер и микрофонов план.

В Великих Луках также была попытка внести фигуру влияния в лице представителя администрации области в этом городе. Однако Владимир Тетерин имеет скорее наблюдательные полномочия и никакими реальными рычагами влияния не обладает. Областная администрация, похоже, заняла следующую позицию: главное, чтобы хозяйство Великих Лук успешно функционировало, а политические взаимоотношения между главой города Сергеем Сергиенковым и главой городской администрации Николаем Козловским — дело второстепенное. Понятно, что город на Ловати — это тугой гордиев узел, который не разрубить одним махом.

Кстати, обращает на себя внимание еще одно обстоятельство. С региональной политической арены фактически ушли (и едва ли по собственному желанию) два активных великолукских политика: Дмитрий Матвеев, которому дали понять, что его должны заботить сейчас только мегафермы, и Виктор Митропольский, который стал фактически «разменной фигурой» в борьбе интересов разных сторон при определении кандидатуры главы городской администрации.

В целом же Андрей Турчак пока не смог переломить ситуацию в Великих Луках, которую еще 10 лет назад точно обозначили двумя словами: «часы остановились» — город на Ловати застрял в 1990-х.

25-й кадр

Неоспариваемый статус «ставленника» Москвы сыграл Андрею Турчаку на руку. За губернаторское кресло воевать теперь не имеет смысла — по крайней мере, местным. Тихо «ушел» в небытие бывший мэр Пскова Михаил Хоронен, не имеет явных политических целей группа экс-губернатора М.Кузнецова, забыл о своих претензиях Михаил Брячак, коммунисты бузят по чуть-чуть, постоянный «подрывник» власти Лев Шлосберг — и тот вроде бы решил, что Турчак — это тот человек, которого области так долго не хватало — и порции его критики в адрес персонально губернатора стали несоизмеримо меньше, чем были при Михайлове и Кузнецове.

В общем, «золотой век». Управляй во благо.

Однако по факту оказалось, что вертикаль власти — дерево, внутри сухое. Кадровая проблема «вылезла» наружу самым неприглядным образом. Местных сил не хватает. Многие представители региональных элит настолько плотно работали с «кровавым режимом» прежнего губернатора-оптимизатора, что с ними, похоже, решили не связываться — слишком дорого будет стоить репутации нового главы региона. Так без работы в администрации остались руководители политического и экономико-хозяйственного блоков.

«Завоз» Турчаком кадров со стороны был ожидаем, так же, как и их расстановка на основные магистрали регионального развития и имиджа. Менее ожидаемым оказалось то, что в областной администрации остался ряд «старых» сотрудников. Речь идет о социальном и культурном блоках. Вдвойне странно это выглядит после того, как стало очевидным, что именно социо-культурные, туристические проекты в администрации Турчака видят одним из основных локомотивов продвижения Псковской области.

Несменяемость ряда старых кадров, впрочем, можно объяснить просто: на их место некого ставить.

Нельзя не согласиться, что кадровый вопрос в самом широком смысле — и политические кадры на выборы, и на занятие должностей в государственных и муниципальных структурах — один из самых сложных в решении. Старая «колода» уже сильно пообтрепалась, а «завоз» — это капля в море, да и где взять такое море альтруистов, желающих поехать в Псков.

Также пока без движения находятся «кадровые» проекты, инициированные на всероссийском уровне.

Эту проблему предстоит решать годами, и едва ли усилий отдельного губернатора в отдельном регионе для этого хватит.

Всем ветрам

Гораздо лучше дела у Андрея Турчака обстоят с публичностью. Именно с публичностью, а не с открытостью.

Общее число встреч с журналистами, культурными деятелями, профсоюзами, представителями политических партий, главами районов перевалило уже за несколько десятков. Публичность стала одним из эффективных механизмов работы Турчака с представителями самых разных групп, влияющих на формирование общественного мнения.

За год главе региона удалось перебороть свою нелюбовь к фото- и телекамерам, а поначалу доходило до абсурда: разрешали использовать только одобренные региональной администрацией фотографии А.Турчака.

Как следствие публичности — появление широких общественных дискуссий. При этом темы рождались не только в администрации области (как это было с проектом реконструкции пл.Ленина в Пскове), а на не модерируемых властями площадках: Спас Елеазаровский, старики из Ямм, убитые дороги Пскова.

Большинство этих тем не носят ярко выраженной политической подоплеки — они социальные, культурные или экономические.

Намеренный уход от бессмысленных политических баталий (как при попытке коммунистов навязать спор вокруг якобы готовящегося «сноса» памятника Ленина) — одна из характерных особенностей работы команды Турчака.

Правда, зачастую дискуссии не приходят к какому-то единому знаменателю. Как это, например, произошло, по спору вокруг переноса иконы Спаса Елеазаровского в Спасо-Елеазаровский монастырь. Хотя последнее слово и осталось за региональной администрацией, стороны остались при своем, и мира между ними не установилось.

Стоит также отметить, что такая публичность губернатора для Пскова в общем-то в диковинку — если сравнивать с предыдущими руководителями региона.

На федеральном уровне публичность псковского губернатора, а точнее, публичность Псковской области, — стоит весьма недешево. За позитивные материалы о регионе нынче берут дорого, — а «бесплатных» скандалов, связанных с Псковом, все меньше.

«Традиции» информационного пространства таковы, что отрицательный образ любому региону можно создать «на раз» — был бы повод. А вот за положительный — даже если есть для того информационная основа — надо платить.

Медиа Переделкино

За год существенные изменения произошли и в псковском медиапространстве. Смена политических векторов и правящей группы поменяла полярность в былой расстановке СМИ.

В медиаобойму Андрея Турчака ожидаемо вошла «Псковская правда», а также часть ресурсов ЗАО «Телеком» — ТВ «Телеком 7 канал» и Псковское агентство информации. В течение 2009 года подолжал действовать госконтракт со СМИ медиахолдинга «Гражданская пресса», который связывают с именем бывшего губернатора Михаила Кузнецова. Напомним, в него входят Псковская Лента Новостей, радиостанции Европа Плюс Псков, Ретро ФМ Псков и радио Шансон. В 2010 году контракт с ними заключен не был.

Часть региональных СМИ сохранили свой статус кво, например, газеты «Курьер» и «Псковская губерния», они старательно дистанцируются от любых властей независимо от их персонального состава. При этом многие наблюдатели отметили подчеркнутую лояльность «Губернии» в 2009 году к политике Андрея Турчака. Исключения составили только часть инициатив главы региона, например, о переносе иконы Спаса Елеазаровского.

В целом пропагандистская машина администрации области работала в 2009 году довольно ненавязчиво. Однако «медовый месяц» губернатора, затянувшийся почти на год, уже закончился, и теперь потребуется гораздо больше усилий, чтобы внятно доносить свою позицию до жителей региона, как это, например, происходит с монетицазией льгот на услуг ЖКХ. Имеющихся в распоряжении областной администрации медиамощностей может не хватить. По крайней мере, ни одно СМИ, входящее в обойму СМИ А.Турчака, пока не является лидером в своем сегменте. «Псковская правда», несмотря на существенные усилия, пока отстает по тиражам от того же «Курьера», посещаемость и активность ПАИ — от ПЛН, а аудитория или хотя бы влиятельность «Телекома» — далека от ГТРК «Псков».

Народные программы

Первый год правления Андрея Турчака ознаменовался только одной избирательной кампанией — главы Пустошкинского района. Кандидатуру единоросса Александра Жукова выдвинула фактически областная администрация, он выборы выиграл. Главным конкурентом ему был справедливоросс Геннадий Подзноев, человек в районе куда более известный.

Аналитики Андрея Турчака (а часть из них когда-то работала с М.Кузнецовым, а сейчас трудятся в стенах Института регионального развития и исполкоме «Единой России») успешно опробовали новый способ вовлечения граждан в избирательную кампанию. Избирателям было предложено стать авторами Народной программы, которую новый глава района обязался бы исполнять. При этом штаб А.Жукова активно использовал механизмы обратной связи. В итоге ни одно положение Народной программы в Пустошкинском районе не было анонимным, за каждым из них стояли конкретные фамилии жителей.

Опыт оказался успешным и его было решено применить на выборах в муниципалитетах 14 марта 2010 года.

Избирательная кампания, которая сейчас идет в регионе, задействует более половины избирателей и состоит из почти 600 локальных кампаний. Предполагается, что в каждой будут использованы наработки выборов в Пустошкинском районе — то есть созданы свои народные программы. Если это получится — то собранный массив информации о конкретных проблемах на местах можно будет использовать при формировании регионального и местных бюджетов на 2011–2012 гг., а также для внесения изменений в уже существующие областные целевые программы.

Нынешние выборы — первая большая избирательная кампания для команды Андрея Турчака. Важны даже не ее итоги, а то, насколько эффективно дальше будут использованы и реализованы созданные народные программы. Если, как это в большинстве случаев бывало раньше, они останутся просто папками с бумагой в кабинетах у избранных чиновников, то рейтинг региональных властей во главе с Турчаком стремительно поползет вниз — и никакие широкие Масленицы и другие культурные проекты его не спасут.

Резюме

2010 год гораздо более значим для оценки деятельности Турчака, чем первый год его правления. Успехи первого года можно отнести не только к политике собственно главы региона, но и к лояльности к нему жителей области, большинства местных политиков. А ошибки — к отсутствию большого опыта регионального управления и «вхождению» в рабочий процесс.

Теперь каждый для себя уже решил, как он относится к Андрею Турчаку, представители местного политбомонда стали лучше представлять себе силы и слабости команды главы региона. Кроме того, значительная часть больших проектов должна начать осуществляться именно в этом году: например, реконструкция пл.Ленина в Пскове, восстановление крыши Покровской башни, празднование 65-летия Победы, передача иконы Спаса Елеазаровский монастырь.

Изменение отношения к политику на диаметрально противоположенное — частое явление и в российской, и в региональной политике. «Медовый месяц», растянувшийся на довольно большой срок, у псковского губернатора завершился. Текущий год покажет, насколько устойчиво мнение жителей области о нем.