Модернизация идет: уже есть лампочки

Модернизация идет потихоньку, страна движется к прямой демократии, губернаторов буду снимать, незаконные митинги будем разгонять. Около 35 вопросов за полтора часа задали президенту руководители ведущих российских телеканалов и один вопрос задал сам Дмитрий Медведев.

Главное, что про модернизацию говорят

Президент рассказал теле-триумвирату, что останется у него в памяти об уходящем 2010 году. А что оставит в памяти телезрителя это президентское подведение итогов?

Во-первых скуку. Это было, пожалуй, одно из самых скучных телевыступлений Медведева.

«Насилие – это плохо», «у нас уникальная страна», «нельзя упиваться достижениями» – счетчик штампов и банальностей едва справлялся с таким количеством. То ли кремлевские райтеры исписались, то ли их подкосила смена специализации. Видимо нанимали ребят про модернизацию писать, а тренд неожиданно сменился. Теперь приходится им, образно говоря, в демографических подгузниках ковыряться – это с их-то инновационно-нанотехнологическим полетом мысли! Скучно тем, кто пишет, скучно тому, кто говорит, скучно тем, кто слушает.

Кстати, главная тема президентства Медведева прозвучала лишь в одном вопросе, мол, как Вы оцениваете первые результаты модернизации. «Неплохо», – ответил президент. – Хотя успехов немного». Парадоксальное, вроде, высказывание Медведев тут же пояснил – оказывается он и не ждал «колоссальных успехов». Его слова поражают своей откровенностью.

«Важно, что модернизация вошла в политическую повестку дня. Об этом говорят», – считает Глава государства.

Тем самым президент признал факт, который уже давно обсуждают все здравомыслящие люди – в последние 10 лет в нашей стране все реформы и инициативы заканчиваются на уровне пиара. Главное – шумная кампания, обсуждение в прессе, а делать ничего необязательно.

Впрочем, кое-что делается.

«Лампочки стали появляться современные, которые меньше энергии тратят», – сообщил президент России.

Чуть позже, тема модернизации на миг всплыла еще раз – во время обсуждения демократии. СССР развалился потому, что в 80-е годы власть говорила об одном, а люди хотели совсем другого, сообщил Медведев.

«Если у нас будет такой диссонанс – провалится и модернизация», – заявил он.

Эти слова можно считать эпитафией, потому что именно вышеописанное положение вещей сейчас характеризует происходящее в России.

«ЕР» будет царствовать, оппозицию будем бить

Стоит отметить, что во время эфира было несколько принципиальных моментов, которые говорят о многом. Прежде всего, о том, как дальше будет развиваться внутренняя политика в России, куда пойдут демократические реформы и как будет позиционировать себя сам, номинально, главный политик страны.

Президент послал несколько сигналов всему российскому политическому спектру. Оппозиции и маргиналам он неоднозначно дал понять – кто не с нами, будем бить. Элите посоветовал: держитесь меня, пристраивайтесь в хвост.

А вот следующий пассаж обращен к людям на самой верхушке властной пирамиды, а то и вовсе может быть отнесен на счет лично Владимира Владимировича Путина: «Нам в какой-то период удалось достичь многого. Мы стабилизировали ситуацию в стране, не дали ей развалиться на части. Но одной стабильностью упиваться нельзя. Должен быть драйв. Тот, кто считает, что у него все хорошо, должен остаться в Куршавеле».

Это вовсе не означает смену курса. Как и в прочих реформах Медведева, здесь очень много детского. Сейчас Диме нравится играть в строительство «прямой демократии» – ее основные принципы он так же озвучил в ходе эфира.

«Единая Россия должна не просто царствовать, а проявлять ум, такт и силу», а также «коррумпированных задвигать назад». А Дмитрий Анатольевич, тем временем, радуется все большему развитию интернета и тому, что сегодня «мнение зачастую формируется в сети». В этом и заключается заявленная «прямая демократия» – народ пишет в интернет, а «любой политик, будь то президент или сельский староста, должен знать мнение людей».

Медведев: отвечу за все

И еще две тенденции, которые, если проанализировать, сливаются в одну.

Во-первых, Дмитрий Медведев стал брать ответственность на себя. Не просто некую абстрактную ответственность, а четко проговаривая конкретные вопросы и проблемы. Причем, порой это самые острые и неудобные проблемы.

Так, президент, например, пообещал, что уголовные дела о резонансных убийствах, в том числе футбольных фанатов, будут доведены до конца, и виновные будут наказаны. Более того, он взял под контроль уголовное дело по факту, ставшему причиной массовых беспорядков – с теми, кто отпустил подозреваемых в убийстве Егора Свиридова разберутся.

Медведев также взял на себя ответственность за две большие и очень спорные реформы. Во время эфира он обосновал необходимость реформирования правоохранительной системы, намекнув, правда, что переименование в полицию вовсе не обязательно. И, буквально, прикрыл собой министра обороны Сердюкова, информационное тело которого изрешетили критики. За реформу армии отвечает, прежде всего, президент страны, как верховный главнокомандующий, сообщил Медведев.

Во-вторых, Медведев высказал немало критики и угроз в адрес чиновников, которые «плевать хотели на общественность, ничего не слышат и слышать не хотят». И все это на фоне подтвержденного обещания бороться с коррупцией с упоминанием о необходимости «применять силу».

Правда, президент тут же обелил верхушку власти. Мол, в 90-е годы туда проникали криминальные элементы, но сейчас почистили и их там нет. Коррупция да, есть, а криминала нет. А вот на региональном уровне! Там некоторые преступники «иногда имеют значки и партбилеты нашей ведущей политической силы», – сообщил Медведев.

В общем, глава государства пообещал увольнять и сажать. Губернаторам посоветовал «делом заниматься, а не личным пиаром и политическими разводками» и обязал «следить за территорией». Иначе будет как с Лужковым.

«Если утрачу к кому-то еще доверие – придется также уволить. Это не разовая вещь», – строго сообщил президент.

В целом же, Медведев доволен политическим устройством РФ, принципиально ничего менять не собирается и считает, что вертикаль власти необходимо сохранить.

Таким образом, можно сделать вывод: Дмитрий Медведев начинает переводить стрелки на себя. Именно он будет собирать на себя негатив от непопулярных мер, на которые российской власти придется идти в недалеком будущем. Именно он будет отвечать за болезненные для населения страны реформы. В то же время именно Медведев станет олицетворять образ сильного царя, который карает плохих бояр, ибо большую часть негатива высшее руководство, традиционно, постарается свалить на региональную власть.

Пушечное мясо для самого свободного телевидения

Отличился президент страны и еще в одном смысле. Значительную часть его беседы с директорами телекомпаний можно назвать квинтесенцией лицемерия и демагогии. В духе модных демократических интернет-трендов Медведев ответил на ряд «острых» вопросов. Но ответил так, что лучше бы уж не отвечал.

На вопрос, почему Ходорковский сидит, а другие воры олигархического происхождения ходят на свободе, Медведев заявил, мол, принесите доказательства – без доказательств, все это суждения. Кто, интересно, должен добывать эти доказательства? Директора телеканалов или телезрители?

Когда президент молчит, ты можешь думать о нем что-то хорошее. Когда он говорит такие вещи – тебе становится мучительно стыдно.

Очень стыдно было, например, когда интеллигент, демократ и инноватор Медведев сообщил, что у нас прекрасное телевидение, но злые языки поговаривают, что там нет свободы слова. И попросил высказаться по этому поводу главных телевизионщиков.

Генеральный директор НТВ Владимир Кулистиков объяснил президенту, что свобода – это внутреннее ощущение. Лично он «всегда свободен». То же самое он думает и о своих подчиненных, потому что «делать телевидение могут только свободные люди».

Генеральный директор Первого канала Константин Эрнст успокоил Медведева – на телевидении свобода ограничена только законом и представлениями о морали и нравственности. Но ни в кое случае не диктатурой или цензурой.

«Российское телевидение не отличается степенью свободы от развитых демократических стран», – заявил Эрнст.

Общение Медведева с директорами федеральных телеканалов вызвало отвращение

«Сейчас один из самых высоких уровней свободы за всю историю нашего телевидения», – сказал председатель ВГТРК Олег Добродеев.

Он также сообщил, что в 90-е годы свободы было меньше. Оказывается, тогда Зюганова несколько лет на телевидение не пускали (видимо, всей стране он тогда на телеэкранах мерещился – прим. «НР»). Российские журналисты, по словам Добродеева, поставляют правду от Цхинвала до Багдада на весь мир. Председатель ВГТРК сообщил, что им очень обидно, когда телевидение подозревают в цензурированности.

Вы все правы, сказал президент. Он лишь напомнил, что перечень инфоповодов в теленовостях «не должен иметь разрыва с интернетом».

«Но сейчас все так и выглядит», – удовлетворенно подвел итог беседе Медведев.

Заочно дискутировать и спорить с президентом и руководителями телекомпаний не имеет смысла. Да и просто противно. Напомню лишь то, кем они нас считают. Это неоднозначно дал понять гендиректор НТВ Владимир Кулистиков.

«Общественность, – сказал он. – это пушечное мясо для наших ток-шоу».

Если такие вещи говорят в прямом эфире, сидя рядом с президентом страны, – видимо, так они и считают. И тут уже не знаешь, за кого испытывать чувство стыда: за них, которые себе позволяют такое отношение к собственному народу, или за себя, потому что мы позволяем им к себе так относиться.