Так повысят пенсионный возраст или нет?

Проблема повышения пенсионного возраста обсуждается не первый год. Поднимают ее финансисты разного ранга, часто — очень высокого (например, вице-премьер — министр финансов Алексей Кудрин), а окорачивают их еще более высокопоставленные люди — например, премьер Владимир Путин. Первые заявляют, что пенсионный возраст повышать нужно, вторые сурово отвечают им, что этот вопрос даже не рассматривается.

Данная полемика в высших сферах вносит смятение в умы простых граждан, наблюдающих за ней издалека — через телевизор и СМИ. Смятение тем сильнее, чем ближе гражданину к заветному рубежу, когда он станет волен в выборе: то ли поработать еще немного (если есть такая возможность), то ли не утруждать уже себя и полностью довериться родному государству в вопросе финансового жизнеобеспечения.

И перед гражданином неизменно встает вопрос: кому верить? Будут повышать или же нет? Странное дело, но чем больше времени проходит, тем больше почему-то веришь первым и не веришь вторым участникам дискуссии. Возможно, потому, что финансисты больше в курсе того, что же происходит в государственных финансах, поскольку профессионально владеют всеми возможными данными. И еще потому, что они фактически не обращают внимания на суровые отповеди руководителей страны, а заводят свою песню о повышении пенсионного возраста снова и снова.

Вот и Алексей Кудрин на прошедшем на днях экономическом форуме в Красноярске в очередной раз посетовал на то, что существующая пенсионная ноша становится государству непомерно тяжела. «Мы отклонились от соответствия стратегическим целям, когда принимали новый формат пенсионной реформы, повышали пенсии. Да, мы решили благородную задачу. Мы существенно уменьшили бедность среди пенсионеров. У многих из них пенсия стала выше. Но мы не сбалансировали ее необходимыми изменениями реформы самих пенсионных прав», — передает слова Кудрина агентство Интерфакс.

Вследствие этого, заявил Кудрин, встал вопрос повышения пенсионного возраста. «Со мной не согласны партия власти и некоторые политики», — отметил министр, подразумевая, очевидно, что рано или поздно они согласятся.

В доказательство необходимости повышения пенсионного возраста Кудрин привел малоизвестные факты про пенсионеров. Оказывается, половина всех пенсионных назначений прошлого и нынешнего годов — это пенсии до наступления пенсионного возраста, иначе говоря, льготные пенсии по разным категориям граждан. В обиходе таких называют «молодыми пенсионерами». Сейчас, по словам Кудрина, в России в половине случаев пенсионерами становятся в 40-50 лет. Подобного положения нет ни в одной другой стране.

Такую пенсионную систему Россия, по словам Кудрина, сохранять не может: у нее нет ресурсов. И подтверждает это тот факт, что повышаются страховые взносы на бизнес. Дефицит Пенсионного фонда в бюджете Российской Федерации составляет 1 трлн руб., напомнил министр.

Нам, впрочем, кажется, что помимо этого о нехватке ресурсов еще более красноречиво свидетельствовала бы прогрессивная шкала налогообложения доходов самых богатых граждан страны. А пока государство может позволить себе сохранять одинаковую ставку подоходного налога в 13% для доходов, например, Романа Абрамовича, с одной стороны, и моих — с другой. Значит, его еще не прижало как следует. Вот когда оно введет такую шкалу, тогда мы и поверим в искренность министра финансов и других экономических гуру.

Еще Алексей Кудрин зачем-то сопоставил трудности пенсионной системы с проблемами дорожного строительства. На строительство дорог в федеральном бюджете, сказал он, заложено всего 340 млрд руб. «Для такой страны, как наша, строительство дорог в таком объеме — это очень мало. Это говорит о том, что мы не принимаем главные стратегические решения должным образом», — подчеркнул вице-премьер.

Но в чем же выход? В модернизации. Однако не в такой, на которую делается ставка сейчас. России нужно подготовить программу модернизации, которая опиралась бы не на отдельные предприятия и госкорпорации, уверен глава Минфина. Существенно приблизит модернизацию сокращение роли государства в экономике в результате приватизации и уменьшения монополизма.

Сдается мне, не так давно мы уже надеялись на приватизацию как на лекарство от всех болезней. И что, помогло оно нам? Но вера, тем не менее, в правительственных чиновниках не умерла. Хотя непонятно: если та, большая приватизация, ничего не дала для сохранения пенсионной системы, то почему должна коренным образом изменить ситуацию приватизация того немногого, что еще сохраняет за собой государство?.. Ответа нет. Никто даже и не ставит вопрос в такой плоскости.

«Мы еще не прошли путь реорганизации наших корпораций. У нас есть одни частные предприятия, которые ближе к правительству и государству, чем другие частные предприятия. Они пользуются административной поддержкой. Слияния, поглощения, доступ к ресурсам часто решаются в кабинетах чиновников. Нужно существенно изменить ситуацию», — подчеркнул Кудрин.

А вот это правильно. Из «принципа равноудаленности» бизнеса от власти, провозглашенного некогда Владимиром Путиным, ничего не вышло. Он превратился в «принцип неравной приближенности», как это ни печально. Стремление ко взаимопроникновению наличествует, под всякими благовидными предлогами, как у бизнеса, так и у власти. И никто не знает, как ситуацию изменить. Мы все больше превращаемся в страну «чеболей» по южнокорейскому образцу.

А что касается повышения пенсионного возраста, по всему выходит так, что после парламентских и президентских выборов оно нас ожидает, медленное и ползучее. Впрочем, хотелось бы ошибаться…