Взрывоопасная русская любовь

Украинский кризис выглядит так, как будто его придумывали наши политические планировщики во всех сферах, кроме убийств: это у нас получается не очень. А вот наглая ложь, изощренная клевета и другие трюки могут нас немного успокоить: у кого-то это получается еще ужаснее, чем у нас.

Это преддверие большой войны, проблема не только планетарных масштабов, но и наша личная. Мы подходим к ее решению со всеми вышеперечисленными «умениями». Мы — члены НАТО, но войск альянса у себя не потерпим. Мы — члены ЕС, но против действий ЕС, направленных на предотвращение и решение проблемы российского вторжения, мы возражаем — еще до того, как действия эти обговорены. Сам президент не видит причин для санкций, пока не увидит на Украине российского агрессора.

«Неагрессия»

Российская агрессия всегда выглядит как «неагрессия». Импорт правительства, состоящего из агентов, не получился только в Финляндии из-за решительного отпора финнов, и это поучительно. В 1945 году свое правительство русские успешно установили в Чехословакии, Венгрии, Румынии, Болгарии и т.д… Они поубивали польских офицеров в Катыни и других местах, и поскольку в Польше было правительство без русских агентов, они привезли в Варшаву из Люблина правительство русских поляков. То же самое они сделали через много лет в Афганистане.

Все это была военная агрессия — скрытая или явная. У них всегда было одно и то же жалкое прикрытие — братская помощь в ответ на просьбу оккупированной страны, уничтожение несуществующих фашистов, установление или поддержания мира и порядка. И в Киеве другого не будет.

Побежденные победители

Целью всех этих военных операций было «установление» или «поддержание мира». Европа с удовольствием принимала эту прозрачную пропаганду, хотя хорошо знала, о чем идет речь. Русская ложь всегда оставляла место для отступления и сохранения лица в той или иной степени. Как раз сейчас Путин предложил некие семь пунктов для мирного урегулирования и прекращение боевых действий, которые позволят выдать отступление за мирное соглашение, дать задний ход в украинском кризисе — а русские это и так проглотят.

К счастью, в итоге русские потерпели поражение во всех экспансиях, оккупациях и войнах, хотя все и выглядело, как победа. Но кто одержал победу во Второй мировой войне? Достаточно сравнить Западную Германию и Советский Союз в 1960 году или позднее, и сразу станет понятно, кому война принесла мир, благосостояние, покой и развитие экономики и свободы.

Побежденным немцам она дала демократию и благосостояние, русским — победу, страдания, постоянную бедность, а к этому — ядерное оружие и Гагарина в космосе. За 40 лет русское правительство разорило Чехословакию в экономическом, культурном и национальном плане. Но Россия в гору не шла. Порой, глядя на бедность оккупационных войск, спекулирующих соляркой, казалось, что оккупированный является победителем, а оккупант — побежденным.

Эта особенность сохранялась на протяжении всей богатой истории русской агрессии, оккупации и нападений. Каждая победа всегда обращалась против русского победителя, приносила ему слезы и лишения. То же Россия приносила и оккупированным и завоеванным странам, цивилизационный уровень которых, во время правления русских, как правило, снижался. При этом сама Россия не возвышалась.

Русофилы

Тем более странно выглядит наша пятая колонна русофилов. Большинство из них — выходцы из среды чешского коммунизма, который испокон веку фанатично копирует русский. Поражает, что весь тот ужас, который нам принесла русская оккупация, наших русофилов не отрезвил. Напротив, в Путине они ошибочно видят нового Сталина, хотя это разведчик, который играет роль царя, и Сталин для него — лишь инструмент.

Другими приверженцами Путина являются славянофильские сироты, до сих пор мечтающие о панславизме, который защитит нас от наводнения Европы неславянами. Немало среди них и холуев, которые рады прогибаться под власть, будь она хоть из Берлина, хоть из Москвы.

Поэтому у нас разболтанное правительство и премьер с гордостью приказчика, который идет протестовать к господам: мол, во что нам обойдутся санкции, и не было бы лучше вести себя дружелюбнее. Так он обращает протест в восхваление. Такой же противоречивой фигурой является президент — и нынешний, и прошлый. Оба чувствуют себя мощными европейцами, но блеск огромных кремлевских золотых дверей, из которых выходит невысокий Путин, их манит.

Мы видим русских насквозь благодаря многолетнему коллаборационизму, и, возможно, у нас это получается лучше, чем у далеких западных патриархов. Проблема русских уже столетия заключается в смеси любви и ненависти, гордости и униженности.

Мы хорошо знаем, что русская любовь уничтожает, что русские — это униженные залитые слезами сердца и гордые грубияны одновременно. Все это вместе образует русскую взрывоопасную смесь. Ее захватническая цель состоит не в обогащении России, а в удовлетворении вечной русской жажды. И она проявляется в русской пословице: «Хорошо там, где нас нет». Поэтому они хотят быть везде.